Лауреат 7-го Международного Турнира по качеству
   стран Центральной и Восточной Европы в номинации
«Малые и средние компании»
 


База знаний

Лапидус В.А. «Менеджмент качества» (Казахстан) № 3, 2009

Лапидус Вадим Аркадьевич Национальные особенности российского кризиса



Мировой экономический кризис пришел к нам как всегда «неожиданно», а правительства застигнутых, якобы, врасплох стран, как всегда «эффективно» начали реанимировать находящуюся в предынфарктном состоянии экономику государств. Несмотря на это, финансовый кризис в России все-таки привел страну на грань экономического шока. Об особенностях экономического кризиса в России, отвечая на вопросы редакции журнала, рассказывает Вадим Аркадьевич Лапидус, генеральный директор ЗАО «Центр Приоритет » (г. Нижний Новгород), ведущий специалист в области управленческого консалтинга.

- Вадим Аркадьевич, Вам не кажется, что от частого употребления слово «кризис» уже вызывает некоторую долю раздражения? Между тем причины кризиса глубоко не исследуются, а далеко идущие его последствия по-прежнему не оцениваются как серьезные, отчасти ввергнувшие в состояние растерянности простых граждан, не успевших адаптироваться к новым реалиям. Корректна ли в этом свете постановка вопроса о причинах кризиса в отдельно взятой России?

- Несомненно, корректна. Нужен анализ на всех уровнях: глобальном, региональном, локальном. Некорректно, на мой взгляд, все списывать на глобальные причины. Причины есть и на национальном уровне и на уровне компаний. Во всех разговорах о кризисе на уровне предприятий я слышу некий фатализм. Как будто какие-то внешние силы за нас все определят. На самом деле выбор модели поведения за самой компанией. Государство же может и должно помочь предприятиям посредством исправления кредитной системы, реформирования определенных институтов, таких как арбитражная система, механизмы защиты собственности и др., создание соответствующей современности бюрократии. Если говорить о национальных особенностях кризиса, то российский кризис во многом отличается от мирового. Во-первых, у нас «перегретость» в существенно более широком спектре бизнеса. Практически трудно найти отрасль, где бы ее не было.

Во-вторых, у нас есть такие «родовые» проблемы, которые долго не решались. Российский кризис состоит в неумении делать все качественно, экономично и с высокой производительностью. Огромные «монстры», выстроенные в советское время, не предназначены для этого. Например, мы работали с «КАМАЗом». На этом предприятии активно занимаются бережливым производством и сокращением потерь. Но завод был построен на огромной территории, и, как ни старайся, пока его не сожмешь условно до площади одного квадратного километра, никакой эффективности не будет - себестоимость производимой им продукции останется высокой. Аналогичное сжатие требуется почти всем российским компаниям. Многие уже начали это делать: Тот же «КАМАЗ», Группа «ГАЗ» и др.

- Как же найти правильную оценку сложившейся в экономике ситуации?

- Чтобы ее правильно оценить, необходимо продумать и проанализировать все фазы кризиса. Важно создать модель вхождения и разумного поведения в этот сложный период. Общее состояние промышленности и бизнеса в данный момент - это «нокдаун». Это еще не нокаут, но и не полное осознание происходящего; много хаотичных, не просчитанных движений. Пока люди не понимают, что происходит, не представляют, какие проблемы их ожидают. Безусловно, кризис - это удачный момент для изменений к лучшему, и сегодня наблюдается некоторый оптимизм, связанный с этим явлением, говорят о том, что это «очищение». У китайцев есть два иероглифа: «опасности» и «возможности», при этом, имея в виду новые возможности и игнорируя опасности. Наблюдается весьма легкомысленное настроение, ни на чем не основанное. Оптимизм хорош, когда он «отягощен» четким пониманием, основанным на определенной модели поведения в кризисный период. Продолжая аналогию, нужно быстрее вставать на ноги и занимать боевую стойку. Напомню, что после счета «десять» можно и не вернуться к бою.

- Возглавляемая Вами компания занимается управленческим консалтингом. С предприятиями какого профиля в основном Вы работаете?

- Мы решаем на предприятиях проблемы, связанные с качеством менеджмента, качеством производственных процессов и выпускаемой продукции, бережливым производством. В целом, улучшением бизнес- и технологических процессов, помогаем приблизиться к операционному совершенству. Консультируем как высший менеджмент предприятия, так и работников среднего и низшего звена. Причем, сфера нашей деятельности распространяется не только на предприятия крупного бизнеса, но и на небольшие компании. Универсальные методы, которые мы предлагаем, проверены на практике и позволяют нам работать с компаниями разного профиля, Но наибольший интерес для нас представляют крупные промышленно-транспортные предприятия. В частности, мы выполняем большой долгосрочный контракт для РЖД. Позиция президента компании В.И. Якунина вполне дальновидна. Он считает, что в период кризиса необходимо вкладываться в инфраструктуру и персонал. Если для государства инфраструктурой являются дороги, мосты и т.п., то для компаний - системы управления, организационные системы и процессы предприятия . Что касается повседневной деятельности нашей компании, мы даем рекомендации предприятиям, консультируем, обучаем, тренируем в указанных областях, особо уверенно чувствуем себя во внедренческих вопросах.

- Кризисные явления, история их развития имеют свои причины. В чем они заключаются, на Ваш взгляд?

- Бизнес «перегрелся», все предприятия стремились к росту, применяя в течение длительного периода агрессивную политику роста. Первая «перегретая» область на Западе - ипотечное кредитование и строительство. Этот бизнес был политизирован: оказывалось давление властей на банки, ипотечные кредиты раздавались легкомысленно. На него повлияло и перемещение бизнесов в так называемые Low cost страны: Китай, Индия и др. Это и был толчок. Но в целом, кризис значительно глубже и связан с «перегревом» во многих других областях. Произошли также серьезные «тектонические сдвиги». Несколько раз в истории уже менялось соотношение экономических сил в мире. Англия и Германия отходили на второй план, США - на первый. Происходило перемещение центров промышленности и науки. Например, в начале прошлого века центр промышленности переместился в США, а во время второй мировой войны там же сформировался и центр научной жизни. Затем натиск Японии, Кореи и других Юго-Азиатских «драконов». Сегодня появились два новых центра - Китай и Индия - меняющих расстановку сил в мире. Бурно развивается весь Индокитай. Центр производства перемещается в эти страны. А центр потребления остается на Западе. Ресурсный центр - Россия, Ближний Восток и другие богатые ресурсами страны. Модель нестабильная и должна сопровождаться землетрясением в виде кризисов.

Следующая причина находится на уровне корпораций. Это тоже связано с «перегревом» и желанием корпораций иметь быстрые успехи. Топ-менеджмент большинства компаний зачастую ведет себя как некий гениальный спаситель, но при этом не умеет выстроить нормальной системы, не обеспечивает преемственность и, самое главное, не достигает запланированных целей. Последнее привело к тому, что фондовый рынок во всем мире, прежде всего, его инвестиционная часть, потерял ориентиры.

Поясню. Если человек покупает акции, то он покупает часть компании. Он должен ориентироваться на эту компанию, понимать, как она растет. Но если нет такого понимания, то он не отождествляет себя с компанией и приобретает акции с целью дальнейшей продажи. Он ориентируется не на развитие компании, а на поведение остальных покупателей и продавцов акций. Таким образом, рынок становится чисто спекулятивным. Люди смотрят на поведение друг друга, на слухи, высказывания политиков - удачные или неудачные. Это приводит к тому, что доля инвесторов, которые следят за аналитикой, за тем, что происходит в компании, становится все меньше и меньше. Выросла огромная армия биржевых спекулянтов. Это привело к большой вариабельности. Изменчивость фондовых рынков, их нестабильность явилась причиной того, что люди стали ориентироваться не на долговременный рост, а на краткосрочные перемены. Думаю, что у нас в стране будет специфическое развитие кризиса. Что такое «дно кризиса»? Некоторые воспринимают дно как спасение, то есть на дно опустился, от него оттолкнулся - и все будет в порядке. На самом деле, дно выстраивается. Если предположить, что оно существует независимо, то это неверно. Например, на фондовом рынке дно могло быть где угодно и намного выше, чем оно оказалось сегодня. Разрушить фондовый рынок - это не значит опуститься на дно. Каждое предприятие должно задуматься, как оно будет выходить из кризиса, какова посткризисная стратегия. Ясно, что модель рынка будет другой. Но какой? Реальная угроза нависла над всей обрабатывающей промышленностью. На каком уровне оно может выдержать баланс доходов и расходов в новых условиях? Почему в стране с самым большим числом ученых на 1000 человек почти нет инновационного предпринимательства? Вопросов много и надо их задавать. Нет вопросов - нет ответов!

- Бытует мнение, что именно автомобильная промышленность больше всего пострадала в ходе кризиса?

- Автомобильный рынок во всем мире считается деградирующим, т.е. он растет медленнее, чем растут валовые продукты. Только такие компании, как «Тойота», умеют быть прибыльными. Однако, в целом, автомобильный рынок перенасыщен. Нужно убедить покупателя купить вторую, третью машину, или поменять автомобиль, которому всего 3-4 года. Для этого нужны особые усилия. Однако такая перенасыщенность создает повышенные риски для автомобильных рынков. Через них проходят огромные деньги (потоки «Дженерал Моторс», «Тойоты» - почти по $ 190 млрд. в 2007 г. у каждого) Это большие средства, сопоставимые с бюджетами некоторых государств. На таких потоках владельцы и акционеры делают хороший доход. Это занятость огромного числа людей и т.д. Но, в целом, этот бизнес очень уязвим, поэтому он стал лидером в настоящем кризисе.

- Не секрет, что в России высокая себестоимость продукции. В чем причина?

- На мой взгляд, причин несколько. Неэффективное корпоративное управление - это фактор номер один. Смена управленческой парадигмы, управленческой модели - вот российская составляющая кризиса. Мы должны от силовых методов, от экспансии, от имперского мышления перейти к качественной модели, к бережливости, точности и тщательности в деталях.

Вторая причина - несовременная бизнес-структура предприятий.

Сегодня очень популярно сравнение с кризисом 1998 года. Это было время, когда мы упали, но очень быстро поднялись и стали расти. Но тогда был совершенно иной кризис. Стояли наготове огромные мощности. Инвестиции состояли в том, чтобы немного навести порядок и «включить рубильники». Часть заводов перестроили в бизнес-центры, супермаркеты. Мы задействовали за 10 лет почти все существующие мощности, но мало их изменили. Можно насчитать лишь небольшое количество предприятий нового типа - счастливых исключений, которые не очень-то поддерживаются государством. Все заняты спасением «гигантов». А наши «гиганты» устроены экономически неправильно. Это модель прошлого - их вертикальная интеграция выстроена так: свое металлургическое производство, своя кузница и вообще почти все свое. А современный бизнес работает по модели - «Я делаю только то, что могу делать лучше других, остальное - покупаю». И это то, что решает современный менеджмент - «делать или покупать». У нас стремление «делать». Даже в консалтинговых услугах на наши предложения зачастую звучит ответ - «Мы сами сделаем». Это признание отсутствия узкой специализации, правильного разделения труда. Посмотрите на многие российские предприятия: они создавались в эпоху «индустриализации» и «эвакуации» - в оба периода нужно было создавать предприятия автономные, не зависящие от других. Сейчас подобные компании не готовы быть конкурентоспособными. Именно разделение труда приводит к огромному снижению затрат. Но разделение труда приводит к новым задачам менеджмента - интеграции специализированных процессов, что и является сегодня центральным вопросом управления.

Третья причина - технологическое отставание на десятки лет. Четвертая - отсутствие современных конкурентоспособных продуктов.

- Вадим Аркадьевич, изменение цен на нефть может стать предпосылкой для выхода из кризиса?

- Цены на нефть вариабельны, изменчивы. Они очень чувствительны к конфликтам, к локальной конъюнктуре и крайне трудно прогнозируемы. Мы находимся сегодня на среднем уровне цен на нефть. Они могут опять вырасти и снова дать нам «подышать жарким воздухом богатства». Но это временный ресурс, мы просто «проедаем» состояние наших детей и внуков. У них этого ресурса не будет. Нам нужна очень глубокая модернизация. На мой взгляд, изменения нужно произвести, прежде всего, в головах, У нас огромная страна, и нужно задуматься об улучшении жизни. Управленческая парадигма должна быть ориентирована на гибкий, динамичный бизнес, где главное - человек и его творческие способности.

- Есть ли существенные специфические особенности российского бизнеса?

- Если говорить о текущей специфической сути, то у нас в среднем плохое качество, высокие затраты и очень низкая производительность труда. В целом, как говорится, присутствует операционное несовершенство. Ни качество, ни работа, ни стоимость не соответствуют конкурентным характеристикам. Причем, зачастую мы даже не понимаем, на каком уровне ведется сейчас конкуренция. В ходе работы над некоторыми проектами мы пытались свести немецкие и финские компании с российскими. Но у них выработка - 200-300 тыс. евро на человека в год, а у нас - максимум 40-50 тыс. долларов. Это полная несовместимость. Ставка на укрупнение предприятий не приведет к улучшению производительности, она приведет к концентрации ресурсов. Современный бизнес понял, что активы - это вещь тяжелая. За рубежом привыкли работать с легкими активами. Сегодня компании дорого стоят не потому, что у них большие активы, а потому, что есть хорошая система управления, узнаваемый бренд. 75% стоимости зарубежных компаний - это брендовая и интеллектуальная стоимость, а не стоимость станков, оборудования и сооружений. У нас предприятия на фондовом рынке стоят меньше, чем могли бы из-за отсутствия брендовой составляющей. В период кризиса дошло до того, что некоторые компании стали стоить меньше, чем денег в кассе предприятия. Значит что-то неправильно в структуре экономики, что-то неверно в подходах. Это и есть наша специфика. Здесь не надо кивать ни на американский кризис, ни на какой другой. Если верить экспертам, производительность труда росла на 5% в год, а зарплата выросла в 4 раза за четыре года. Это несопоставимый рост. К этому надо добавить депопуляцию населения, демографические изменения. Совершенно очевидно, что у России и российских предприятий есть свои проблемы, и эти проблемы связаны с решением главного вопроса - с созданием новых моделей управления, которые позволяют действовать на другом качественном уровне и производить товары с другой себестоимостью. Выход из кризиса зависит только от одного - поменяются эти модели или нет. Если уповать только на высокие цены на нефть - «нефть все зальет, все дыры и неровности», то будет еще скачок, еще падение и т. д. Управленческая парадигма должна быть ориентирована на гибкий, динамичный бизнес, где главное - человек и его творческие способности. Кроме изменения управленческой модели российским предприятиям важно избавляться от «лишнего веса», В решении этой задачи и должно помогать государство.

- Как Вы считаете, власти правильно реагируют на проявления финансового кризиса?

- Консультанты не должны критиковать власть, они должны ей помогать. Но что-то, на мой взгляд, можно было бы сделать по-другому. Например, нельзя одновременно вливать средства в банки и проводить девальвацию. Это приводит только к одному результату - банки будут скупать валюту. Стоит ли удивляться, что кредиты не доходят до предприятий? Банкам невыгодно снижать ставки, предприятия берут кредиты и под 30%. Банки больше зарабатывают на курсовой разнице, чем на кредитовании. У нас другая экономическая модель страны, другое экономическое поведение. Во всем мире, как только начинаются кризисные явления, сокращают рабочую силу. Сокращают не зарплату, а численность. Это дает возможность людям, освободившись от тех работ, которые стали не перспективны для рынка, уйти в некоторые новые отрасли или самим создавать новый продукт. В России существует «коллективная самосохраняемость». Власти, администрация и персонал договариваются о том, что не будет увольнений, но сократится рабочее время и зарплата для всех. Это - аграрная модель коллективного выживания, характерная для Х vIII и ХIХ веков. Вынужденная модель. Одна из причин этого - неготовность к миграции рабочей силы, У нас до сих пор есть закрепощение - прописная система. Если у человека нет прописки, то он не может устроиться на работу в другом городе или регионе. Это тоже некоторый «тормоз».

Если начать менять управленческие и организационные подходы, то ситуация постепенно начнет исправляться к лучшему. Знаменитые 4 «И» - институты, информация, инфраструктура, инновации, предложенные Президентом РФ, - очень важные направления. Вопрос в том, как они будут развиваться. Не нужно забывать и про другие «И» - индустриализация (новая), интеллектуализация. Если последовательно и быстро двигаться в этих направлениях, то из кризиса можно выйти окрепшими.

- Благодарю вас, Вадим Аркадьевич, за исчерпывающие ответы.

Интервью взяла

Айгуль Гадеева

«Менеджмент качества» (Казахстан) №3,2009

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить